«Уж не пародия ли он?» *

15.05.2019

Автор новой версии — известный режиссер Евгений Арье. Над своим вторым спектаклем в Большом он работает с той же командой, которая два года назад сложилась на постановке его дебютного спектакля в оперном театре. Дебютировал он также в Большом и также на «материале» русской классической литературы: поставил на Новой сцене оперу М. Вайнберга «Идиот». И этот спектакль получил прекрасный прием публики и критики, а самого режиссера, поставившего множество спектаклей в драматическом театре, заразил любовью к опере.

Евгений Арье:

— Мне хочется поставить спектакль одновременно классический и современный. Я не стремлюсь осовременивать историю буквально и не пытаюсь втиснуть ее в какую-то специально сочиненную концепцию. Основную задачу вижу в том, чтобы опера зазвучала свежо.

Я и Пушкина, в общем-то, воспринимаю как своего современника. Перечитывая «Онегина», всегда поражаюсь, как возможно в таком юном возрасте быть столь мудрым! А когда автор ведет разговор непосредственно с читателем — это чистый восторг! Поэтический мир «Онегина», как мне кажется, заразил и Чайковского. Поэтичность, искренность этой оперы очень важно сохранить. Но в романе есть и иное качество, очень ценное для меня, — это совершенно замечательная пушкинская ирония, которую мне особенно хотелось воплотить в этом спектакле.

«…Прими собранье пестрых глав
Полусмешных, полупечальных,
Простонародных, идеальных,
Небрежный плод моих забав…»

Для нас с Семеном Пастухом (художник-постановщик – ред.) очень важно, что эта история начинается в деревне. На сцене — огромный-огромный луг, уходящий в бесконечную даль, в том числе символизирующий и бескрайние российские просторы. И по этому лугу бредут куры, гуси… (я художнику сразу сказал: как хочешь, а гуси будут!). Для меня необходимо, чтобы деревенский мир был «теплым» — ведь он был ужасно любим и Пушкиным, и Чайковским. К тому же, это и есть мир Татьяны. Мир сказок, которые рассказывала ей няня, как Пушкину — Арина Родионовна. Поэтому я подумал, что те же гуси, коза и особенно медведь (недаром же он ей является во сне) могут стать частью ее мира.

Бал у Гремина переносит нас в абсолютно иное пространство – в его создании мы ориентировались на стилистику Рене Магритта. Это мир странный, чуть нереальный, я бы сказал «замороженный». И люди, его населяющие, особенные, не очень «подвижные».Тем не менее, все они для меня — живые люди. И совершенно не имеет значения, в какие костюмы одеты.

Onegin. Photo2 by Damir Yusupov.jpg
Режиссер-постановщик Евгений Арье и Екатерина Морозова (Татьяна).

«Она в семье своей родной
Казалась девочкой чужой…»

Татьяна — странная, «дичок» в своей семье. Никогда непонятно, что с ней происходит, вот и нянька к ней обращается: «Ты не больна?». Она постоянно с книгой, и не просто читает, а «запоем», полностью поглощена чтением (и уже не обходится без очков, которые, помимо всего прочего, могут помочь ей скрывать свои слезы, ведь она очень эмоционально реагирует на прочитанное). Но как бы там ни было, она настоящий мудрец и очень понятлива. Расстояние от тех книжек, которые она читает, до реальности, ее окружающей, как от земли до неба. Но как стремительно она его проходит! На балу мы видим уже совсем другого человека — «звезду». И эта перемена в ней — настоящий шок для Онегина. Что на самом деле происходит с ним, пока Гремин поет свою знаменитую арию? Он просто стоит и вежливо слушает вместе с нами? Нет, думаю, эта сцена — про Онегина, и следить мы должны как раз за ним.

А он отнюдь не байронический герой. Пушкин сравнивает его с Чайльд Гарольдом, но опять же в ироническом ключе. Написано-то у него совсем не про это. В Онегине — ужасающее ощущение пустоты. Современные молодые люди часто не могут находиться наедине с собой, им нечем жить. Вот и Онегин такой же. Ничего рокового или отвратительного в нем не вижу. И мне не в чем его разоблачать.

Ленский — тот переполнен ощущением жизни как экстрима. Если дружба, то святая дружба, если любовь, то — навсегда. Он человек взрывной энергии, и на этом его свойстве я и строю сцену ссоры с Онегиным, который просто пошутил и ужасно не хочет стреляться. Трагедия, которая происходит совершенно неожиданно, по сути своей – ужасная нелепость, переламывающая всю эту историю…

Чайковский писал оперу для театра совершенно иного типа, включая и его технические особенности. Например, многие музыкальные эффекты связаны с тем, что надо было закрыть занавес, поменять декорацию, а потом снова его открыть. И сегодня для режиссера они представляют собой некоторую, скажем так, специальную задачу... Если у тебя нет любви к тому, что ты делаешь, с одной стороны, и если ты относишься к «предмету» своей работы, как к чему-то музейному и неприкасаемому, с другой, тогда и «трогать» ничего нельзя. Любовь и конфликт должны всегда сосуществовать. И если Петр Ильич был бы жив, я бы предложил ему изменить несколько моментов. Почти уверен, что он бы со мной согласился.

В премьерной серии спектаклей заняты ведущие артисты оперной труппы Большого, постоянный приглашенный солист театра Алексей Неклюдов (Ленский) и относительно новый человек для нашего театра – известный польский певец Станислав Куфлюк, который неоднократно выступал в партии Онегина на сценах театров Кракова, Вроцлава, Познани, Лодзи, а на нашей сцене дебютировал в 2015 г. в партии Елецкого в опере «Пиковая дама». За дирижерским пультом – музыкальный руководитель Большого Туган Сохиев, в репертуар которого эта опера вошла еще на заре его успешной творческой карьеры.

Премьерная серия спектаклей пройдет 15, 16, 17, 18 и 19 (начало в 14:00) мая на Исторической сцене театра.

Onegin. Photo by Damir Yusupov.jpg
Анна Нечаева (Татьяна), Петр Мигунов (Гремин).
Фоторепортаж с репетиций Дамира Юсупова.

Нынешняя премьера «Онегина» «подгадала» сразу к двум юбилеям. Во-первых, в этом году исполняется 220 лет со дня рождения Пушкина. А во-вторых, 140 лет назад, 17 марта 1879 г., «лирические сцены» (жанровое определение, которое дал своему сочинению Чайковский) впервые были представлены публике на сцене Малого театра в исполнении учащихся Московской консерватории. За дирижерским пультом стоял ее основатель и многолетний директор, знаменитый пианист и композитор Николай Рубинштейн .

А первая постановка оперы на профессиональной сцене состоялась как раз в Большом – 11 января 1881 г., была тепло принята зрителем и со временем стала неотъемлемой частью репертуара нашего театра.

За те 138 лет, что прошли со времени премьеры в Большом, «Онегин» выдержал одиннадцать новых постановок и одно возобновление. Премьеры давались не только в Москве, но и в Куйбышеве (во время эвакуации театра в 1942-43 г.) и даже в Нью-Йорке (на гастролях театра в 1991 г.).

В историю вошли постановки Антона Барцала, Леонида Баратова, Бориса Покровского, в XXI столетии опера шла в режиссерском прочтении Дмитрия Чернякова (спектакль увидел свет в 2006 г., исполнялся в течение одиннадцати сезонов, и помимо Большого был показан в Парижской национальной опере, театре Ла Скала в Милане, Ковент-Гарден в Лондоне, а также в Китае, Греции, Словении и Израиле).

Премьерными спектаклями дирижировали сам композитор (в 1889 г.), Вячеслав Сук, Александр Мелик-Пашаев, Николай Голованов, Владимир Небольсин, Мстислав Ростропович, Александр Лазарев, Марк Эрмлер. Художественный образ спектакля в разное время создавали Карл Вальц, Константин Коровин, Петр Вильямс, Валерий Левенталь.

Среди исполнителей главных партий были замечательные артисты — Мария Климентова, Антонина Нежданова, Галина Вишневская, Маквала Касрашвили (Татьяна), Тамара Синявская (Ольга), Леонид Собинов, Иван Козловский, Сергей Лемешев, Владимир Атлантов (Ленский), Павел Хохлов, Юрий Мазурок (Онегин), Марк Рейзен, Максим Михайлов, Евгений Нестеренко (Гремин) и многие другие.

* «Евгений Онегин», 7-я глава, XXIV строфа.

 

 
Генеральный спонсор Большого театра – банк Credit Suisse
Генеральный партнер Большого театра – инвестиционная группа Абсолют
Привилегированный партнер Большого театра – ГУМ