Терять и находить точку опоры

11.03.2015

Большой театр продолжает выпускать эксклюзивные спектакли, при этом дополняя и разнообразя мировую балетную шекспириану. В конце прошлого сезона состоялась мировая премьера балета Жана-Кристофа Майо «Укрощение строптивой», а на пик нынешнего придется мировая премьера балета «Гамлет». Вслед за знаменитым хореографом из Монте-Карло пришел тандем Раду Поклитару — Деклан Доннеллан, хореограф, хорошо известный едва ли не на всем постсоветском пространстве, и английский режиссер с мировым именем, сильно почитаемый и любимый в России.


Этот союз сложился еще в 2003 г., тогда Поклитару и Доннеллан поставили в Большом свою нашумевшую версию балета Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта». Неудивительно, что их второе «пришествие» также связано с сюжетом из Шекспира. Пьесы этого драматурга Доннеллан изучает и ставит всю свою сознательную жизнь, в том числе в России. Его постановка «Меры за меру» в Московском драматическом театре им. Пушкина в пяти номинациях выдвинута сейчас на «Золотую маску».

Гораздо удивительнее тот факт, что и француз Майо, и англичанин Доннеллан, выбирая шекспировский сюжет для полнометражного балета, «не сговариваясь» обращаются к музыке Шостаковича. Причем, руководствуясь приблизительно одними и теми же «мотивами» или, точнее сказать, каждый демонстрируя свой подход к одинаково понимаемому явлению. Для Майо, ставившего комедию, настоящим откровением стала киномузыка Шостаковича, в которой тот, подобно героине «Укрощения» Катарине, «вдруг раскрепощается и мощно объявляет свою тайную суть». Доннеллан утверждает, что всегда ощущал связь между фигурой Гамлета и Шостаковичем, поскольку композитор жил в эпоху, в которой определяющим было постоянное колоссальное давление на человеческую личность: «В музыке Шостаковича всегда обнаруживается какой-то глубинный смысл, то, о чем он не мог сказать во весь голос». Для хореографического воплощения великой трагедии Шекспира они с Раду Поклитару выбрали две симфонии — Пятую и Пятнадцатую (в последней только опущена I часть).

Пятую симфонию композитор писал вскоре после того, как против него была развернута «разоблачительная» кампания в прессе. Опальному Шостаковичу было настоятельно рекомендовано доказать (шел 37-й год) свою «благонадежность» — преодолеть страшную «удаленность» от народа и вредный «формализм» и освоить методы социалистического реализма. Шостакович был вынужден искать способы, как «впасть в простоту», не отрекаясь от сути своего мировоззрения и искусства. О том, что это сочинение было наделено и седьмыми, и двадцать девятыми смыслами, вытекало уже из объяснений самого композитора: «Тема моей симфонии — становление личности. Именно человека со всеми его переживаниями я видел в центре замысла этого произведения, лирического по своему складу от начала до конца. Финал симфонии разрешает трагедийно-напряженные моменты первых частей в жизнерадостном, оптимистическом плане. У нас иногда возникает вопрос о законности самого жанра трагедии в советском искусстве. Но при этом часто подлинную трагедийность смешивают с обреченностью, пессимизмом. Я думаю, что советская трагедия как жанр имеет полное право на существование...».

Пятнадцатая симфония (1971 г.) стала итоговой в симфоническом творчестве композитора — и потому, что оказалась последней, и потому, что предельно ясно выразила суть его формальных и мировоззренческих исканий. «... Она глубоко пронзительна по своей сути, настолько возвышенна и совершенна. Вот таким произведением мне представляется Пятнадцатая симфония. <...> И удивительная концепция: от баловства в музыке, шутки — к постижению самых сокровенных тайн мироздания. Все последние сочинения Дмитрия Дмитриевича Шостаковича являются каким-то особым тоном, что ли, в собрании его сочинений. К великолепному мастерству, удивительной глубине, зоркости прибавилось еще постижение, я бы сказал, такой потусторонней сущности бытия», — так воспринимал музыку этой симфонии ученик Шостаковича, замечательный композитор Борис Тищенко.

Созвучна оказалась она и тем мыслям и чувствам, что возникают у постановщиков балета «Гамлет» по прочтении этой пьесы. Доннеллан ничего намеренно не актуализирует, «не вмешивается» в нее, как он сам говорит, поскольку то, что происходит вокруг, имеет обыкновение самостоятельно проникать в его работу. Тем более что речь идет о «Гамлете», где так много сказано о человеке, что связь времен с этой пьесой не прерывалась никогда.

Но никто не отменял «муки» интерпретации. Главным мотивом спектакля становится переживание и осознание потери. Отправная точка такова: Гамлет переживает потерю отца и веры в собственное бессмертие. Он понимает, хотя и не может принять, что тоже смертен. Далее выстраивается бесконечная цепочка потерь — людей, чувств, самых дорогих переживаний, смысла жизни, опоры, почвы под ногами, головы...

Жители Дании Большого театра. Фото Михаила Логвинова.
Считается, что балетным не так уж легко найти общий язык с настоящим драматическим режиссером. Но — через тернии к звездам! — знакомство артистов Большого балета с Доннелланом, случившееся в 2003 г., увенчалось очень интересной работой, о которой у многих сохранились самые прекрасные воспоминания. Недаром столько артистов, занятых тогда в «Ромео и Джульетте», пожелали принять участие и в нынешней постановке. Одним из Гамлетов (первым) станет Денис Савин, в котором — ему тогда было всего восемнадцать лет — г-да Доннеллан и Поклитару разглядели великолепного — искреннего, импульсивного Ромео. Замечательно исполнявший партию Тибальда Денис Медведев теперь будет Йориком. Партия Меркуцио в спектакле Поклитару-Доннеллана была одной из выдающихся в карьере прославленного бывшего премьера Большого, а ныне главного балетмейстера Челябинского театра оперы и балета Юрия Клевцова. В новой их постановке он возвращается на сцену Большого театра в роли Клавдия. (Любопытный факт: первый раз ему пришлось примерить на себя партию Клавдия в балете Алексея Фадеечева в Ростовском музыкальном театре, но это, конечно, совсем другая история). Александру Петухову, успевшему выступить в балете «Ромео и Джульетта» сразу в двух партиях (Тибальд и Патер Лоренцо), досталась роль Полония — так же, как и другому Патеру Лоренцо — Андрею Меланьину. Виктор Барыкин — бывший Капулетти — выступает в роли Короля Дании, отца Гамлета.

Гамлет — Денис Савин. Король Дании — Виктор Барыкин. Фото Михаила Логвинова.
В премьерных спектаклях также заняты Владислав Лантратов и Артем Овчаренко (Гамлет),
Анастасия Сташкевич, Дарья Хохлова и Диана Косырева (Офелия),
Анна Балукова, Кристина Карасева, Вера Борисенкова (Гертруда),
Михаил Лобухин (Клавдий),
Алексей Лопаревич (Король Дании),
Вячеслав Лопатин, Георгий Гусев (Йорик),
Игорь Цвирко, Дмитрий Дорохов и Александр Смольянинов (Лаэрт).

Фото Михаила Логвинова.
Представляем вашему вниманию труд одной из наших Офелий — аспирантки кафедры хореографии и балетоведения Московской академии хореографии Дарьи Хохловой, описавшей репетиционный процесс осмысления концепции и характеров нового балета.

— Наш Гамлет не является ни слабым человеком, ни неврастеником. Он «заблокирован», думает только об одном, что должен сделать, а именно — отомстить за смерть отца. По-настоящему он начинает любить жизнь, лишь всерьез задумавшись о смерти. В конце концов, его убьют именно в тот момент, когда он страстно захочет жить.

Офелия — самая несчастная и печальная героиня у Шекспира. Ее грех — послушание. Ни одна другая героиня (например, Джульетта или Дездемона) таким грехом не страдала. Все они поступали наперекор запретам, а что касается Офелии, она смиряется — и гибнет. Полоний и Лаэрт против ее отношений с Гамлетом, они не верят, что принц может жениться на ней. Она же из-за своего послушания предает любимого мужчину. Не борется. Она достаточно сильна и могла бы все преодолеть, но ей не хватило буквально одного шага для того, чтобы принять такое решение. В итоге она понимает, что ее ошибка непростительна, и приходит к мысли о самоубийстве.

Впрочем, отношения Гамлета и Офелии, хотя они и любят друг друга, не могут быть простыми и гармоничными. Не могут быть такими, как у других влюбленных (так считают и члены ее семьи). Офелия все время ощущает перед собой некий барьер: «Если я позволю себе быть счастливой, если целиком пойду навстречу ему, обязательно что-нибудь произойдет — и все разрушится». И дело тут не только в политике или в том, что Гамлет не собирается на ней жениться. Страх живет внутри нее самой — страх полной близости, в том числе духовной. Аналогичный барьер поначалу стоит и перед Гамлетом, но он избавляется от него после ссоры с матерью. А если бы это произошло раньше, он мог бы спасти и свои отношения с Офелией, и ее саму.

Офелия и Гамлет начинают понимать, насколько они стали дороги друг другу, когда Гамлет уезжает, сам толком не зная зачем. Прощаясь, они пытаются преодолеть стоящий между ними барьер, но оба еще не готовы переступить эту грань. В итоге их прощание обрывается на полуслове.

Гамлет — Денис Савин. Офелия — Анастасия Сташкевич. Фото Елены Фетисовой.
Офелия видит то, что происходит в стране с приходом к власти Клавдия. Она напугана всеобщей «милитаризацией», коснувшейся отца и брата. Но она также видит и спокойно-счастливую Гертруду в подвенечном платье, неизменно ласковую с ней. Офелия глубоко уважает ее и как свою королеву, и как мать своего возлюбленного. Она начинает верить, что все должно быть так, как есть, что все в порядке.

Офелия совершает первый шаг к самоубийству, отдав по приказанию отца письма Гамлета. Может ли она предать любимого и исполнить повеление отца? Она решает, что может. Три противоречивых чувства будут владеть ею. Она станет бояться Гамлета (до нее дошли слухи, что он сходит с ума), будет испытывать чувство вины перед ним — и любить его.

Гамлет же скорее даже наслаждается своим состоянием полусумасшествия. Он как будто пьян, но не настолько, чтобы не получать от этого удовольствия. Когда Офелия отдает ему письма, это отрезвляет его. Но его реакция на происходящее по-прежнему непредсказуема и для него самого, и для Офелии.

На самом деле он пытается прибегнуть к любимой как к последнему человеку, которому еще может доверять. Когда он понимает, что произошло, ему кажется, будто самое сокровенное для него показали на YouTube. Про то, что Офелия предала его, он догадывается по ее поведению: она как будто здесь, с ним, и в то же время ее как бы нет. А для Офелии наступает страшный момент — она теряет точку опоры. На минуту забываясь, чувствует себя счастливой. Но таким счастливым чувствует себя больной раком, когда ему снится, что он снова здоров.

Гертруду и Клавдия Офелия интересовала только постольку, поскольку могла им помочь узнать, на самом ли деле безумен Гамлет и в чем причина его безумия. Когда выясняется, что дело совсем не в ней, они теряют к ней всякий интерес. Предав самого дорогого ей человека, Офелия не чувствует, что ее послушание было оправданно.

Убив Полония, которого он принимает за Клавдия, Гамлет думает, что ему удалось обрести все, что он — «король мира», но это длится только несколько секунд. В действительности он потерял все, что имел, — и отца, и мать, и любимую, и корону Дании.

Офелия, увидев, что ее отец убит человеком, которого она любила, но предала, чувствует себя совершенно потерянной. Потеряв отца, она теряет и почву под ногами и перестает понимать, как ей поступать. Она может бежать с любимым, а может остаться верной прежним узам. Отец принудил ее к предательству, но она любит его — так же, как и брата. Стирается граница между тем, что «правильно», и что «неправильно». Поэтому у нее не хватает сил выбрать жизнь, и она выбирает смерть. Офелия остается с мертвым отцом, не видя своего будущего. И дело здесь не в том, что именно Гамлет убил ее отца, хоть это и чудовищно. Дело в ней самой.

Гибель Офелии по сути своей самоубийство. Она поддается смерти, испытывая даже нечто сходное с наслаждением. Она позволяет себе умереть. Ее сумасшествие — открытие подсознания. Фривольные высказывания сходящей с ума Офелии у Шекспира открывают то, что так долго сдерживалось в ней приличиями, открывают фактически без ее участия.

Для того чтобы начать жить после смерти отца самостоятельно, ей не хватает воли. Она так привыкла к послушанию, к тому, что ей не надо брать на себя ответственность за свои поступки, что чувство вины перед всеми буквально раздавливает ее. С другой стороны, она ребенок, который рос, окруженный постоянной ревностной заботой родных, и ее подсознание едва ли может таить в себе каких-то совсем уж страшных демонов. Самое страшное, что она совершенно перестает себя контролировать. Хотя, мне кажется, что даже если бы она осознавала, что творит, полностью смысл ситуации она вряд ли сумела бы понять и оценить.

А Гамлет все-таки научится терять. Он будет готов отпустить умерших навсегда, при этом оставив частичку их в своем сердце. И сумеет почувствовать вкус к жизни, сумеет захотеть жить без ощущения собственного бессмертия и принимая неизбежность всех возможных потерь. Но — погибнет.

Оформляет балет постоянный соавтор спектаклей Деклана Доннеллана — замечательный театральный художник Ник Ормерод. За дирижерским пультом — маэстро Игорь Дронов.

Премьерная серия представлений пройдет 11, 12, 13, 14 (утром и вечером) и 15 марта.