Валерию Гаврилину посвящается. Вечер второй

31.10.2019

Через десять лет после «Немецкой тетради», своего первого вокального цикла, написанного как учебное задание на любимые с детства стихи Генриха Гейне, Гаврилин, ставший уже зрелым композитором, вновь обратился к творчеству выдающегося немецкого поэта. В 1972 г. была написана новая «Немецкая тетрадь», получившая название «Второй» (а предыдущая соответственно стала «Первой немецкой тетрадью»). Несмотря на кажущуюся общность этих сочинений, будто бы подчеркнутую близостью названий, «Вторая немецкая тетрадь» принципиально отличается от своей предшественницы. В юношеском сочинении композитор не выходил за рамки привычного жанра вокального цикла. Во «Второй немецкой тетради» он расширяет «границы» этого жанра, порой доходя до практически авангардных приемов. Кроме того, выбранные им стихи Гейне подчинены драматургическому замыслу: он обращается с ними весьма свободно, в зависимости от необходимости то сокращая их, то комбинируя строфы разных стихотворений между собой, то используя одно и то же стихотворение дважды, наделяя его разными музыкальными прочтениями.

Перед исполнителями стоят многоплановые задачи, выходящие за пределы исключительно музыкальных. В предисловии к циклу Гаврилин пишет: «Это сочинение — вокально-фортепианное в полном смысле, то есть роль фортепиано столь же значительна, сколь и роль голоса. В исполнении предполагается элемент актерской игры. Оно может сопровождаться пантомимой, изображающей — в зависимости от содержания — музыкальные военные шествия, светские танцы, а также различные душевные состояния: вдохновение, раздумье, смерть и т. д.». Элемент «действа» заключается также в крайне необычной вокальной партии, включающей, помимо указанной композитором «пантомимы», пение без слов закрытым звуком, свист, подражание звукам трубы и барабана. Нетривиальна и фортепианная партия: она включает, кроме сопровождения певца, сольные интерлюдии, первые три из которых исполняются за сценой.

Музыка «Второй немецкой тетради» отсылает к «Любви поэта» Роберта Шумана. Это проявляется и в сходной сюжетной «фабуле», и даже в использовании одних и тех же стихотворений (центральный по смыслу номер и того, и другого цикла повествует о свадьбе возлюбленной поэта, оставившей его ради другого). Их объединяют и близкие настроения: печальная задумчивость, погруженность в воспоминания и тяжелые грезы, соседствующие с болезненной веселостью и сарказмом или отчаянием.

«Русская тетрадь» была написана спустя год после окончания консерватории, где Гаврилин учился по двум специальностям – композитора и музыковеда-фольклориста. В основу этого цикла легли восемь подлинных русских народных текстов, записанных им в фольклорных экспедициях. При этом автор подчеркивал недопустимость ни изъятия, ни перестановки номеров внутри цикла, а также необходимость исполнения их без перерыва.

Материал русских народных песен Гаврилин первоначально планировал использовать для балета из истории языческой Руси, но случайно услышанная история направила вектор работы в совсем другое русло: «Как-то мне рассказали, что в одной из ленинградских школ умер от болезни десятиклассник, красивый, умный парень, которого все очень любили. Трагическая ситуация, и ничего нельзя сделать. Умер, многого не узнав, не увидев, не полюбив. А, наверное, есть где-то девушка, которая его полюбила бы, будь он жив. И я решил написать о несостоявшейся любви от лица той девушки, хотел написать поэму о любви и смерти», – так рассказывал о замысле «Русской тетради» сам композитор. И вряд ли можно рассказать о построении этой «поэмы о любви и смерти» лучше, чем сам автор: «За внешне спокойной песней о первом свидании (но в ней есть предчувствие тоски: «буду ждать парня, ждать парня») — идет будто бы частушка «Что, девчоночки, стоите?» — в ней как бы мимоходом проскальзывают слова «он уехал далеко»... Еще неясно, что разговор идет о смерти любимого человека. Потом опять воспоминание о свидании. Реально ощущаемая тоска перемежается с галлюцинациями. «Я жена мужняя», — поет героиня, поет упрямо, как бы уговаривая себя... И вдруг сентиментальный романс, и она видит себя в саду, а навстречу ей «девки идут, цветы несут» (это зимой-то!, и рядом как рефрен, навязчивая идея «холодно мне, холодно»... «Я жена мужняя!» — уже торжественно, гордо возглашает героиня в заключительной песне «В прекраснейшем месяце мае». И только в эту минуту ударяет похоронный колокол...».

Уже в процессе сочинения «Русской тетради» в памяти Гаврилина возникали давно забытые, «уснувшие» воспоминания раннего детства. Он смог осознать, почему ребенком он не любил, когда мать, потерявшая на войне мужа, пела песню «Разлилась Волга широко, милый мой теперь далеко», и на словах «до свиданья, мой дружочек, я дарю тебе платочек» он разражался слезами. Это ощущение он передал в заключительном номере цикла, в котором женщина, мысленно прощаясь с умершим любимым, как бы «отпуская» его, просит его написать ей «письмецо».

В концерте участвуют Олеся Петрова (меццо-сопрано), Петр Мигунов (бас) и Алексей Гориболь (фортепиано).

Наталия Абрютина