К юбилею маэстро

27.04.2021

Валерий Борисов восемнадцать лет руководит хором Большого театра. Все это время он бережно сохраняет традиции хорового пения и добивается высочайшего качества исполнения. Хор Большого – активный участник практически всех оперных постановок театра и ряда балетных спектаклей, вместе с тем он имеет и собственное творческое лицо. Выступая с концертными программами, коллектив получил широкую известность в России и за рубежом. Его репертуар включает кантатно-ораториальные сочинения Сергея Рахманинова, Петра Чайковского, Сергея Прокофьева, Георгия Свиридова, Джузеппе Верди и Гектора Берлиоза, духовную музыку и народные песни.
В 2019 году хор Большого театра был признан одним из лучших музыкальных коллективов в мире – в Лондоне ему была вручена Международная премия International Opera Awards.

Для юбилейного вечера выбрана программа, состоящая исключительно из русской музыки. В первом отделении прозвучат масштабные хоровые сцены и симфонические картины из опер выдающихся русских композиторов – «Хованщина» М. Мусоргского, «Орлеанская дева» и «Мазепа» П. Чайковского, «Князь Игорь» А. Бородина. Второе – отдано народной песне и романсам в обработке для хора a capрella, «Курские песни» Г. Свиридова, глубоко народные по образности и мелодике, будут исполнены в яркой и нарядной авторской редакции с участием органа, фортепиано и ударных.
На Исторической сцене театра Валерий Борисов выступит в качестве хормейстера и дирижера оркестра.
Накануне маэстро рассказал о работе в Большом.

Валерий Владимирович, чем занимается главный хормейстер в театральном коллективе?

– В отличие от руководителя концертного хора, хормейстеру в театре не приходится заниматься вопросом репертуара, тратить драгоценное время и энергию на административную работу. В этом я вижу колоссальное преимущество. Мы трудимся в интенсивном режиме – поддерживаем в работе текущий репертуар, разучиваем новые произведения. Сейчас это четыре-пять новых названий в сезоне. Постановочный процесс требует очень много времени, до полутора месяцев. Поэтому концертные программы готовим изредка. Как театральный хор мы лишены возможности «маневра» между своим репертуаром и оперным. И учтите, сейчас все произведения исполняются на языке оригинала – в нашем случае на шести языках, да еще и наизусть! Очень важно, чтобы в хор приходили хорошо образованные люди, способные быстро учить и свободно обращаться с нотным текстом. Уже невозможно петь и учить партии по слуху, как раньше. А ведь когда я только заступил на должность, встречалось и такое!

Получается, концертный репертуар удается готовить только к гастролям?

– Не обязательно. В период реконструкции Исторической сцены было больше свободного времени, и мы выступали достаточно много в концертных залах Москвы. Разучивали такие масштабные сочинения, как «Патетическая оратория», поэма «Памяти Есенина» Свиридова, «Stabat Mater» Дворжака, «Всенощная» Рахманинова, «Глаголическая месса» Яначека…

Ваши артисты часто создают яркие образы в спектаклях Большого. Как вы подбираете «типажи», распределяете «роли» между артистами?

– О, тут они сами себя распределяют!.. Общее правило таково: как человек себя позиционирует – в соответствии с темпераментом и его потребностью самовыражаться – так эти роли и распределяются. Поверьте, в любом коллективе есть такая категория людей, которые всегда выходят вперед.

А были случаи, когда артисты хора «выходили» в солисты и дальше строили свою сольную карьеру?

– Конечно. Как раз сейчас Александр Полковников, наш бывший артист, поет ведущие баритоновые партии на Камерной сцене (в спектаклях «Дон Жуан», «Нос», «Юлий Цезарь», «Холстомер» и многих других – ред), «переквалифицировался» на солиста Иван Щербатых, были и другие. Я всегда приветствую эту инициативу и стараюсь помочь. Оперное музицирование само по себе способствует проявлению открытого звука: все-таки в опере надо звучать, а не «подзвучивать». И уровню настоящей сольной подготовки на классных репетициях мы уделяем большое внимание. Если из хора выходят солисты, это значит, что коллектив нормально работает. Кстати, когда мы давали концерт в Берлинской филармонии, принимающая сторона искренне считала, что на сольные партии мы пригласили солистов из оперной труппы. Они очень удивились, когда узнали, что это не так.

За время, что Вы возглавляете хор Большого, он неоднократно становился лауреатом театральной премии «Золотая маска», и в прошлом сезоне вновь оказался в центре внимания, получив, пожалуй, самую престижную награду – Международную оперную премию.

– И премия, и признание – это приятные события, безусловно. Обычно присуждению награды предшествует несколько номинаций. А тут нас отличили довольно неожиданно.

По каким критериям оценивалась работа хора?

– Строгих стандартов здесь нет. Думаю, что жюри принимало во внимание не только оперные постановки – а к тому времени у нас вышел «Билли Бадд» Бриттена, – но и филармонические концерты, записи, и наверняка трансляции наших спектаклей «Борис Годунов» и «Царская невеста» на телеканале Mezzo. Перед номинацией на премию у нас было много интересных событий: концертные исполнения опер, концерты в Германии, Франции. Могу смело сказать, что за рубежом наш хор пользуется вниманием.

Почему вы выбрали профессию хормейстера?

– Получилось так, что моя мама, в свое время мечтавшая стать оперной певицей, отвела меня в хоровую школу при Капелле. Хоровое училище я закончил на отлично и решил поступать в Ленинградскую консерваторию – сначала на дирижерско-хоровой факультет, а с пятого курса совмещал занятия хоровым и симфоническим дирижированием. Студентом начал набираться хормейстерского опыта, работая у Владислава Чернушенко в Ленинградском камерном хоре. С 1976 года работал в Певческой капелле и одновременно дирижировал в филармонии. Одиннадцать лет был главным хормейстером в Мариинском театре, и в дирижерском репертуаре там у меня было несколько опер – «Севильский цирюльник», «Сорочинская ярмарка», потом «Реквием» Верди. Думаю, мог бы построить карьеру симфонического дирижера, но обстоятельства все время складывались так, что меня «уводило» из этой области.

А в Большом театре Вы дирижировали «Евгением Онегиным»?

– Да, двумя постановками «Онегина». Это был мой дебютный спектакль в 2004 году, а позже я провел два спектакля Дмитрия Чернякова. В Большом дирижировал еще «Царской невестой». В октябре 2019 года – концертной версией «Иоланты» в Ульяновске.

Какую музыку Вы бы назвали основой хорового репертуара?

– В западно-европейской традиции очень почитаемы Верди, Беллини, Доницетти, Россини. Эти композиторы не утомляли голос и умели подать его красиво, ярко. А в русской музыке это безусловно Мусоргский. Писал чрезвычайно понятно, удобно вокально, у него все звучит масштабно и емко. Характеры очерчены просто гениально! «Борис Годунов» и «Хованщина» – вершины хоровой музыки. Мне очень жаль, что он не сочинял духовную музыку. «Вкрапления» церковного стиля в этих операх настолько простые и яркие. Потом назову, конечно, Рахманинова и Чайковского. Но Мусоргский – для хора это композитор номер один в мире.
Вообще, великого исполнителя делает великая музыка. Именно такую музыку мы и будем исполнять.