Набукко

Поставив — впервые на московской сцене!- эту оперу, Большой театр внес свою лепту в дань памяти великому композитору, которую отдавал Джузеппе Верди весь мир в 2001 году, в год столетия со дня его кончины.
На этом спектакле над сценой Большого театра впервые «побежали» супратитры — русский перевод итальянского либретто.
Декорации к постановке — их мощь и поразительное сочетание современного звучания с дыханием давно минувших дней отметили практически все критики без исключения — были изготовлены на авиационном заводе.

«Перед нами масштабное зрелище резко контрастных черно-белых тонов. Словно гигантские обломки древних стен, светящиеся буквами восточных алфавитов. Действие переносится из развалин иерусалимского храма Соломона к стенам царского дворца столицы Ассирии, где на фоне прозрачной четырехъярусной современной конструкции угадывается контур легендарной Вавилонской башни. Декор сотворялся исключительно из черного металла специалистами по космической технике завода имени Хруничева, о чем с нескрываемой гордостью говорит художник-постановщик Сергей Бархин. Но и костюмы, созданные сестрой художника — Татьяной Бархиной, — не уступают декору в своей современной стильности и метафорической точности: белые древнеисторические хитоны — у иудеев и черные, военизированные, с элементами нацистской символики ХХ века — у агрессоров-ассирийцев.

Режиссер-постановщик и хореограф Михаил Кисляров, действуя в духе корректного „осовременивания“ сюжета, уже в музыке увертюры нашел стимул для создания впечатляющей хореографической картины — метафоры. Не менее выразительно по режиссерской и хореографической концепции начало третьего действия — картина военизированного царства „черной“ Абигайль, старшей дочери Набукко (Навуходоносора), пленившей собственного отца и приговорившей к смерти родную сестру в патологической жажде власти и мести. Великолепен танец черных воинов с белыми черепами, ставшими в спектакле символом безумия и жестокости».

Тамара Грум-Гржимайло
«Век», 19.1.2001